Относительно недавно официальные лица заверяли мир: арестованные сотрудники российского посольства в Катаре к убийству бывшего президента Чечни
Зелимхана Яндарбиева не имеют никакого отношения. А оказалось: на видеозаписи зафиксирован весь процесс минирования машины Яндарбиева нашими дипломатами.
Мы знаем и как, и по чьему приказу были убиты российский политик
Троцкий, болгарский писатель
Марков, украинский националист
Бандера.
Оборотни из ГРУ
Что же это за личный опыт? У каждого он свой.
Я расскажу о том, с чем пришлось столкнуться самому, на чем замешаны мои сомнения и страхи.
В 1995 году я готовил статью о банде братьев Ларионовых, терроризировавших Владивосток в начале 90-х. Банду разоблачили. Уголовное дело вела Генеральная прокуратура. Выяснилось, что преступная группа была какой-то странной. Она скорее напоминала воинское подразделение с четкой организационной структурой, строгой иерархией и железной дисциплиной. В ее составе оказались бывшие отличники боевой и политической подготовки ВДВ и морской пехоты, блестящий офицер-десантник и один из лучших сотрудников местной прокуратуры.
Сами члены банды бандой ее не называли. Они называли ее
Системой, а их учебным пособием была книга бывшего разведчика ГРУ Резуна «
Аквариум».
Система была оснащена современными средствами связи для всех видов прослушивания разговоров — телефонных, на расстоянии, через стены и окна; у нее оказалось оборудование для кодирования собственных переговоров. Система была прекрасно вооружена, располагала несколькими десятками конспиративных квартир. С помощью обширной агентурной сети собирала информацию о лидерах преступного мира, бизнесменах и сотрудниках государственных учреждений. Банда убивала.
Ее жертвами становились криминальные авторитеты и бизнесмены, связанные с криминалом. При этом случались, как принято говорить в правоохранительных органах, эксцессы исполнения — попутно с избранными целями гибли случайные люди.
Удалось выяснить, что с бандой работали два полковника ГРУ: начальник агентурного управления разведки Тихоокеанского флота
Зубов и бывший начальник оперативно-аналитического центра той же разведки
Полубояринов. Полубояринов непосредственно формировал банду и тоже руководил в ней аналитическим центром.
Система действовала самоуверенно и нагло. После каждого совершенного преступления какая-то невидимая сила тормозила расследование, разваливала уголовные дела, выводила из-под удара преступников, на которых выходили милицейские оперативники. Одним из тех, чья профессиональная активность подставила под угрозу само существование банды, был начальник ГУВД Владивостока полковник
Сляднев. Поэтому организация приняла решение убить полковника. Операцию по уничтожению поручили бывшему бойцу морского спецназа и назвали ее «
Барракуда».
Встречу журналиста с сотрудником спецслужб на всякий случай засняли
При встрече Сляднев рассказал мне о том, что, прослушивая телефонные переговоры членов банды, узнал, кто стоит за организацией. «
Кто же?» — поинтересовался я. «
Я не могу этого сказать, — ответил полковник. —
Но вы даже представить не можете, каков уровень этих людей».
Сегодня я убежден: полковник имел в виду ГРУ.
Что же это за банда, сформированная из прекрасных бойцов, отлично оснащенная и действующая под патронажем офицеров Главного разведуправления Минобороны Российской Федерации? Ответить на этот вопрос Генпрокуратура не смогла. Вернее, она даже не пыталась этого сделать, потому как никто бы ей не позволил.
Обоих полковников объявили «оборотнями». Зубова уволили с флота, а Полубояринова убили. Уничтожили и братьев Ларионовых. Младшего, руководившего бандой, убили в камере после того, как тот, поняв, что его предали, заявил: расскажет СМИ правду о роли ГРУ в создании банды. Была убита и адвокат Ларионова-младшего, подготовившая текст статьи.
Примерно в то же время, что и банда Ларионовых во Владивостоке, в Находке действовала банда Вэпса. Из тюрем досрочно были выпущены матерые преступники. Их вооружили и натравили на так называемую чеченскую мафию, которой на самом деле в Находке не существовало. Банда просто помогала перераспределять собственность. Она вышла из-под контроля и стала мочить не только тех, на кого ей указывали, но и всех, кого сама считала нужным.
Местного офицера ФСБ, который первым понял, что банду создало руководство Главного управления по борьбе с организованной преступностью (ГУБОП) МВД России, убили сотрудники милиции якобы по недоразумению. Как выяснилось, банда действовала не только при поддержке МВД, но и тогдашнего руководства Приморского края. Следователь Генпрокуратуры, начавший расследовать дело Вэпса, насколько я понял из нашего с ним общения, испытывал страх перед теми, кто стоял за бандой. Возможно, именно поэтому беспробудно пил.
Спецы по «мокрым» делам
Журналиста
Диму Холодова убили в октябре 1994 года — в пору, когда на Дальнем Востоке были разоблачены две банды, следы от которых вели к ГРУ и МВД. Расследование убийства Димы в первые же месяцы вывело следствие на обе эти организации. Под подозрение попали военнослужащие 45-го полка ВДВ, принадлежавшего ГРУ (
Полк ВДВ принадлежит ГРУ? Ну и катавасия –
прим. Impcommiss). На следствии выяснилось, что эта группа не подчинялась командиру полка. Возможно ли такое в обычной войсковой части? Разумеется, невозможно. Но в том-то и дело, что 45-й полк не был обычным войсковым подразделением. О том, каким он был на самом деле, мы поговорим чуть позже. А пока попытаемся разобраться с тем, что собой представляли военнослужащие, находившиеся в в/ч на особом положении.
Группа военнослужащих 45-го полка ВДВ во главе с начальником разведки ВДВ Поповских (в центре) на скамье подсудимых. В итоге — все оправданы
В суде выяснилось, что офицеров ГРУ использовали в спецоперациях в Абхазии, Приднестровье, Чечне. Что это были за операции? Оказалось, военнослужащие выполняли весьма щекотливую миссию —
физически устраняли лиц, на которых им указывали. Например, один из военнослужащих полка убил грузинского пилота, который во время абхазских событий якобы разбомбил судно с гражданским населением.
Уже один этот факт заслуживает того, чтобы заняться его расследованием: офицер Российской армии, видимо, по приказу своего руководства отправляется за рубеж и там убивает гражданина чужого государства. С какой стороны ни заходи, он совершил преступление. Точно такое же, как и те, кто отдал ему приказ. Но в ходе расследования дела об убийстве Холодова на этот сопутствующий эпизод внимания не обратили.
Не получил в деле развития и такой факт: один из обвинявшихся офицеров в свое время ловко подложил магнитную мину под автомобиль тогдашнего заместителя министра финансов России
Вавилова. Взрывчатка сработала, но по счастливой случайности замминистра остался жив. Об этом эпизоде есть подробные показания в деле Холодова, но и их обошли стороной. А ведь они подтверждали записанные на пленку разговоры, которые вели между собой обвиняемые. Из этих разговоров следовало, что особое подразделение 45-го полка специализировалось на убийствах, за которые хорошо платили.
Материалы следствия давали все основания предполагать, что группа военнослужащих — не что иное, как бригада киллеров, работающая по специальным заказам.
К сожалению, Генеральная прокуратура не расследовала весь комплекс вопросов, который возник в связи с делом Холодова. Думаю, это не сделано по той же причине, по которой она не стала вникать в роль ГРУ и МВД при создании банд во Владивостоке и Находке, — ей этого никто бы не позволил.
Генпрокуратура убеждена: причастность офицеров ГРУ к убийству Холодова доказана. Но, как полагают сотрудники, имевшие отношение к расследованию преступления, предполагаемых убийц Холодова могли спасти от тюрьмы их высокопоставленные покровители, чьи заказы, возможно, они выполняли.
Я упомянул, что, изучая дело Холодова, следствие, кроме ГРУ, вышло на ГУБОП МВД. Это чрезвычайно важный факт, к которому мы еще вернемся и который поможет нам в понимании масштабов происходящего в России. У арестованных военнослужащих 45-го полка обнаружили так называемые документы прикрытия, изготовленные в МВД. В частности, на них стояла подпись тогдашнего заместителя начальника ГУБОПа Батурина. В ходе расследования убийства Холодова, в котором принимал участие и милицейский главк, выяснилось, что именно отсюда к обвиняемым утекала информация о ходе следствия. Косвенно все это наводило на мысль, что группа военнослужащих 45-го полка при выполнении особой миссии работала рука об руку с руководством ГУБОПа. В связи со всем этим неожиданная смерть Батурина не может восприниматься как что-то случайное. Его могли устранить как наиболее уязвимое звено на стыке двух структур, действовавших незаконно.
Подрывники из ФСБ
В середине 90-х в Москве произошла серия терактов. Наиболее трагичный — взрыв в троллейбусе на Страстном бульваре. Заговорили о хорошо скоординированной атаке боевиков на Москву. Но вдруг выяснилось, что автобус на ВДНХ взорвали не чеченские боевики, а… бывший полковник КГБ. Его вину доказал суд.
Кроме того, выяснилось также, что железнодорожный мост через Яузу тоже пытался взорвать не боевик, а бывший офицер ФСБ. Видимо, он и сделал бы это, если бы сам не подорвался во время закладки взрывного устройства.
Оказалось, что оба бывших сотрудника спецслужбы имели непосредственное отношение к банде Максима Лазовского. Как минимум человек восемь действующих офицеров ФСБ работали с бандой в тесном контакте. Это установил начальник 12-го отдела МУРа подполковник милиции
Владимир Цхай. Как только стало ясно, что Петровка не выпустит добычу из рук, Лазовского и его ближайших подручных уничтожили. От цирроза печени скончался и Цхай. Ни один из коллег подполковника не поверил в его естественную смерть, чей трезвый образ жизни служил образцом для подражания. Друзья убеждены: Цхая отравили.
В связи со взрывами, к которым оказались причастны офицеры госбезопасности, работавшие с бандой Лазовского, нельзя обойти стороной и взрывы жилых домов, которые прогремели в Москве накануне второй чеченской войны. Объявлено, что взрывы совершили чеченцы. Но один из главных свидетелей в этой истории под запись на диктофон заявил мне о том, что вопреки утверждению следствия он не сдавал подвал в доме на улице Гурьянова в аренду боевику Гочияеву. Это был совершенно другой человек. В фотороботе, составленном со слов свидетеля,
бывший подполковник ФСБ Михаил Трепашкин опознал агента спецслужб…
Кроме того, руководство ФСБ так и не смогло внятно объяснить, что же это за учения оно проводило в Рязани с закладкой мешков с гексогеном и часовым взрывательным механизмом? И куда запропастились офицеры спецслужбы, которые делали эту закладку и разговоры которых со своим руководством зафиксировали на городском коммутаторе?
После скандала, который возник в связи с «учениями», расследование обстоятельств, связанных с ними, засекретили.
Интересы государства требуют убивать?
Еще один пример. В Калининграде сотрудники РУБОПа разоблачили банду, за которой стояли офицеры местной ФСБ. Человек, который занимался хищением людей и вымогательством, оказался агентом спецслужб. На допросе под видеозапись он рассказал о том, как расстрелял из автомата известного в городе предпринимателя. При этом утверждал, что сделал это по заказу… начальника отдела по борьбе с терроризмом и по защите конституционного строя УФСБ Калининградской области. В непосредственной операции по физическому устранению участие принимал офицер госбезопасности.
Поразительно, но расследовать эти обстоятельства не стали ни в ФСБ, ни в прокуратуре. Более того, преследованию подверглись офицеры РУБОПа, получившие информацию о возможно преступной деятельности спецслужб.
Что означают все эти странные истории? Говорят, на суде бывший полковник госбезопасности
Воробьев, взорвавший на ВДНХ автобус, воскликнул: «
Это издевательство над спецслужбами!». Что бывший офицер хотел этим сказать? Почему в его представлении суд над человеком, совершившим теракт, не вполне естественное, закономерное действие, а издевательство? Не потому ли, что он, выполняя чей-то приказ, был убежден: действует в интересах государства, а его, преданного своему делу профессионала, как банального террориста отправили на нары? Если это так, то вы представляете, какой разрыв в сознании офицера спецслужбы между пониманием того, что законно, и того, что, как ему кажется, целесообразно?
Загадочная фраза полковника приобрела особую значимость, когда в моих руках оказался документ, как мне представляется, чрезвычайной общественной значимости. Это, судя по ее содержанию, совершенно секретная инструкция на 70 страницах, объясняющая многое из того, что происходит в стране за последние полтора десятка лет. Она объединила десятки терактов, совершенных на территории России и за рубежом, одним стратегическим замыслом.
Выдержки из этой инструкции я опубликовал в «Московских новостях» еще в 2002 году, но дальнейшие убийства заставляют вновь обратиться к этому документу и по-новому осмыслить его.
«
Процессы, идущие в преступной среде, — говорится во вступительной части инструкции, —
в перспективе развития прямым образом влияют на безопасность государства. Организованная преступность и ее явление — уголовный террор — угрожают основам государственной власти. …Сейчас нашему обществу противостоит четко организованная структура, имеющая в основе мощный потенциал теневой экономики, прикрывающая свою деятельность с помощью коррумпированных чиновников, имеющих высококлассных профессионалов для ликвидации как неугодных бизнесменов, так и политиков…Крайне необходима структура, имеющая реальную возможность решать, используя разведывательные, агентурно-оперативные и технические возможности, задачи, направленные на предотвращение и нейтрализацию указанных негативных явлений…Непосредственное внедрение кадровых секретных сотрудников в хозяйственные, коммерческие, предпринимательские и банковские структуры, органы государственного управления и исполнительной власти, создание учреждений и фирм прикрытия позволят через контакты внутри этих структур… создать широкую агентурную сеть…».
Документ подробно перечисляет, куда именно следует внедрять агентов: в исполнительные органы, в финансово-банковскую систему, в налоговые и таможенные органы, на биржи и в суды.
«
На стадии реализации оперативных материалов возможно подключение и нейтрализация бандформирований оперативно-боевыми методами», — говорится в инструкции.
«
Создается совершенно секретное спецподразделение… Кроме центрального подразделения, целесообразно создание региональных оперативно-боевых групп…».
Организационной формой этой нелегальной структуры «может являться частное детективное, охранное предприятие. Руководитель предприятия и основная часть сотрудников… лица, уволенные из оперативных служб МВД, ФСБ, СВР, ГРУ ГШ РА».
«
С целью прикрытия данной разведывательной и оперативно-боевой деятельности… представляется целесообразным создание общественной организации, например «Ассоциации ветеранов спецназа России», и т.д. Помещения ассоциации могут использоваться как базовые конспиративные квартиры, где будут концентрироваться оперативно-боевые группы и осуществляться прием сотрудников, находящихся на нелегальном положении».
«
На базе таких структур возможно создание постоянно действующих лжебанд, которые вступают в плотный оперативный контакт непосредственно с ОПГ бандитской направленности и ОПГ, специализирующихся на заказных убийствах и терактах…».
«
Для более качественного зашифрования нелегальных сотрудников, участвующих в проведении оперативных комбинаций по кратковременному легендированному проникновению в преступную среду, и повышения уровня обеспечения их безопасности возникает настоятельная необходимость организации в регионах и центре фиктивной воинской части со всеми атрибутами».
А дальше — внимание!
кликать для увеличения
«
В случаях крайней необходимости… может использоваться структурное подразделение нелегальной разведки — спецназ… для нейтрализации или физической ликвидации руководителей и активных членов террористических, разведывательно-диверсионных групп, ведущих войну с федеральной властью.Физическая ликвидация может осуществляться… только лиц, приговоренных российскими судебными органами к высшей мере наказания — смертной казни или с целью предотвращения тяжких последствий, также на основании существующих законов Российской Федерации…».
Спецслужбы угрожают
Приведенный документ, естественно, противоречит Конституции, нормам уголовного права и нашим представлениям о государстве, в котором внесудебные расправы невозможны. Во всяком случае, именно об этом неустанно твердят руководители страны. Однако получается, что в стране выстроена целостная система из спецслужб именно для внесудебных расправ.
Но стоит ли верить печатному тексту без подписи и без грифа секретности? Человек, передавший документ, на словах сообщил, что подписан он одним из тогдашних руководителей ГУБОПа Героем России полковником
Селиверстовым, а гриф секретности он снял при ксерокопировании, чтобы, как он выразился, «у журналистов не возникло лишних проблем».
Я связался с полковником. Тот факт, что секретная инструкция оказалась в распоряжении СМИ, как мне показалось, поверг полковника в шок. Селиверстов заверил, что ничего подобного не подписывал, но заявил: «
Передавший вам документ совершил государственное преступление».
Вместо себя на встречу он прислал человека, представившегося «сотрудником компетентных органов». Он пытался убедить меня в том, что сам документ не является преступным, так же как нож изначально не является орудием убийства. «
Весь вопрос в том, как его использовать: им же можно резать и хлеб», — пояснил незнакомец. Он настоятельно рекомендовал не публиковать документ, иначе, заявил, у меня «могут возникнуть такие же проблемы, как у Пасько и Никитина» (Напомню, что Пасько и Никитин — бывшие офицеры флота, обвиненные в разглашении государственной тайны. — прим.).
Телефонная беседа с полковником Селиверстовым и встреча с его представителем убедили меня в том, что секретная инструкция действительно существует. Кроме того, эксперты из спецслужбы, которым я рассказал о секретном документе, заметили: такой документ не мог появиться без более общего директивного документа на правительственном уровне. Это совпадало с сообщением передавшего инструкцию: он заявил, что
существует секретное постановление правительства, в развитие которого и составлена инструкция. И еще человек заявил, что к созданию постановления имеет отношение первый заместитель премьер-министра страны в самом начале 90-х
Юрий Скоков.
Разумеется, ни один человек, причастный к изготовлению документов, противоречащих законодательству и потому подпадающих под уголовное преследование, не признает этого добровольно, а тем более — публично. Но есть немало признаков, по которым можно с высокой степенью достоверности установить: существует ли такой документ и действует ли он до сих пор?
Например, в начале 90-х один из руководителей МВД в приватной беседе рассказал мне о том, что методы борьбы с организованной преступностью устарели, необходимы новые подходы. В частности, нужно законодательно разрешить агентам, внедряемым в банды, убивать.
Отзвук размышлений генерала об использовании нетрадиционных методов в борьбе с преступностью я обнаружил в секретной инструкции.
«
…Способы и методы борьбы спецслужб и правоохранительных органов… отстают от требований. Документирование преступной деятельности проводится на низкопрофессиональном уровне, слабой материально-технической базе… необходимы нетрадиционные подходы, методы и решения при проведении оперативно-разыскной деятельности».
Похоже, генерал размышлял над тем, что уже было отлито в строчки правительственной директивы и ведомственной инструкции.
Есть еще один признак, указывающий на то, что приведенный нами документ — не выдумка. Это — реальная жизнь. Многие преступления словно поставлены по сценарию цитируемого документа. Сравним деятельность групп, о которых мы рассказывали, с инструкцией. Они совпадают полностью. Выходит, банды братьев Ларионовых во Владивостоке, Вэпса в Находке и Лазовского в Москве — это лже-банды, созданные спецслужбами? А 45-й десантный полк — «фиктивная войсковая часть со всеми атрибутами»? Если это так, то становится понятно, почему маленькая группа военнослужащих не подчинялась командиру полка, а замыкалась на начальника разведки ВДВ.
В инструкции говорится о необходимости «с целью прикрытия данной разведывательной и оперативно-боевой деятельности…» создания «общественной организации, например «Ассоциации ветеранов спецназа России», и т.д.». Оглянемся вокруг: таких ассоциаций — уже десятки.
Обратимся снова к инструкции.
«
Крайне необходима структура, имеющая реальную возможность решать, используя разведывательную, агентурно-оперативные и технические возможности, задачи, направленные на предотвращение и нейтрализацию указанных негативных явлений…».
Была ли создана такая структура? Думаю, да. Вероятно, это некогда совершенно секретное подразделение ФСБ, созданное в начале 90-х, — так называемое
УРПО. Расшифровывается аббревиатура так:
Управление разработки преступных организаций (
или «Управление по разработке и пресечению деятельности преступных объединений» –
прим. Impcommiss). Возглавил его генерал
Евгений Хохольков. Подразделение насчитывало 150 человек, в чью задачу входило внедрение секретных сотрудников в преступную среду. На основании личных бесед с генералом Хохольковым у меня сложилось впечатление, что УРПО было создано именно с целями, изложенными в инструкции.
Страна узнала об УРПО в 1998 году, когда пять сотрудников управления устроили пресс-конференцию и рассказали о том, что секретное подразделение занимается внесудебными расправами. В частности, сотрудники утверждали: руководство управления вынашивало планы физического устранения Бориса Березовского.
Официальные власти подвергли пресс-конференцию осмеянию. Тогда мне казалось, что власти правы. Сегодня я уже не столь однозначно оцениваю аргументы властей. Трудно представить, чтобы сразу пять офицеров ФСБ — сплошные подполковники-полковники — все вдруг сошли с ума и публично стали нести околесицу, прекрасно понимая, что просто так им это с рук не сойдет. (На сегодня один из участников пресс-конференции убит, второй по сфабрикованному обвинению брошен в тюрьму. Остальные, покаявшись, помогали «разоблачать» своих товарищей, которые каяться отказались.)
После той пресс-конференции, на которой всплыла истинная роль УРПО, управление в срочном порядке расформировали, а тогдашнего директора ФСБ Ковалева отправили в отставку.
Как делать «мстителей»
Уже будучи в Лондоне, один из участников знаменитой пресс-конференции,
Александр Литвиненко, рассказал мне такую историю. Как-то его пригласил на беседу один из заместителей руководителя спецслужбы. Разговор шел, как утверждал Литвиненко, о его переводе в подразделение, которое занималось «мокрыми» делами.
— Заместитель поинтересовался, — рассказывал бывший офицер ФСБ, — как, на мой взгляд, следует организовать физическое устранение какого-нибудь лица. Я ответил, что для этого можно использовать осужденного, отбывающего наказание в колонии. Сделав дело, он будет надежно укрыт от всяческого преследования. Заместитель согласился с этим, но рассказал о своем варианте. Он заметил, что можно использовать родственника погибшего. Человек готов отомстить, и этим чувством можно воспользоваться: пообещать наказать убийцу близкого человека, но взамен попросить исполнить и нашу просьбу — убрать того, на кого мы укажем.
И еще Литвиненко затронул историю десятилетней давности, связанную с бандой братьев Ларионовых, о которой я упоминал вначале. Занимаясь этим делом, я долго не мог найти объяснение убийству полковника ГРУ Валентина Полубояринова. По дороге в аэропорт его перехватили свои же и вместе с сыном задушили. Вот что рассказал Литвиненко:
— Заместитель начальника спецслужбы заметил, что предательство в их системе карается беспощадно. И в пример привел случай с полковником Полубояриновым. «
Полковник хотел предать нас и за это поплатился», — сказал он.
Выходит, Полубояринов намерен был в Москве раскрыть глаза кому-то на преступную деятельность ГРУ?
Зачем, с какой целью в стране созданы резидентуры, оперативно-боевые группы, лжебанды и лжевойсковые части, всевозможные советы и фонды спецслужб, зачем в коммерческие и государственные структуры внедрены их спецагенты?
Инструкция дает объяснение: для защиты государственной безопасности. Именно этим оправдывается необходимость внесудебных расправ.
Хотели остановить криминал, обуздать коррупцию. Наверное. Удалось ли им это? Ответ очевиден.
С первых шагов деятельности оперативно-боевых групп вместе с криминальными авторитетами гибли ни в чем не повинные люди. Кроме того, ни один из криминальных авторитетов, приговоренных спецслужбами к смерти, не был даже привлечен к суду. Ни один из них не представлял угрозы общественной безопасности, которая могла бы повлечь за собой тяжкие последствия с глобальными разрушениями или человеческими жертвами. А ведь именно этими двумя обстоятельствами оправдывалась необходимость их физического устранения.
Очевидно, что создатели секретной инструкции, опираясь якобы на законы РФ при осуществлении внесудебных расправ, откровенно лукавили. Они просто развязывали себе руки.
Кто принимает решение убивать?
Технология внесудебных расправ в совершенстве отработана в Чечне. Тысячи бесследно исчезнувших там граждан России — пример новых подходов в борьбе за соблюдение законности. Один из бывших офицеров спецназа, действовавший в Чечне, рассказал мне о том, как исчезают люди, которых не могут обнаружить ни родственники, ни правоохранительные органы. Захваченных допрашивают с применением пыток, затем вывозят в безлюдное место, «складируют» по 3—5 человек и подрывают мощным зарядом. От трупов не остается и следа. Они распыляются в пространстве.
В приведенной нами инструкции ни слова не говорится о том, кто и на каком уровне принимает решение о физическом устранении. По Конституции только суд определяет вину человека и меру его наказания. А вне суда? Начальник отдела? Управления? Службы? Или кто-то выше, в зависимости от фигуры предполагаемого преступника? И каких аргументов достаточно, чтобы вынести приговор?
Способ борьбы с преступностью, который казался легким и простым, и, что самое главное, эффективным, на самом деле вверг страну в еще большую пучину беззакония. Более того, он вывел преступность на совершенно иной не только организационный, но и политический уровень. В стране произошел ряд убийств, признаки которых прямо или косвенно указывают на то, что они совершены специалистами, прошедшими школу спецслужб. Объекты устранения — лица публичные либо люди, чьи возможности и влияние широко не афишировались, но позиция которых оказывала значительное влияние на определенный круг бизнесменов и политиков, или представляли угрозу своей осведомленностью о финансовых аферах крупных государственных чиновников. В этих преступлениях на всевозможные Ассоциации ветеранов органов указывает несколько обстоятельств: способ убийства и поведение следственных органов при расследовании преступления.
Цепов убит в России так же, как Литвиненко в Лондоне
Вспомним загадочную смерть известного банкира
Ивана Кивилиди. Я беседовал с заведующим лабораторией Института эволюции морфологии и экологии животных
Ефимом Бродским, установившим формулу отравляющего вещества, заложенного в телефонную трубку банкира.
— Это отравляющее вещество нервно-паралитического действия типа зарин, — сказал ученый. — Это эксклюзивное ОВ. Установить его мог только специалист, работающий с подобными веществами в лаборатории. Вычислить, кто именно это сделал, не составляет большого труда: лабораторий, в которых могут работать с такими ОВ, всего несколько, люди, имеющие к ним доступ, наперечет.
Почему же этого не происходит? Их не ищут?
Два года назад в стране произошло еще одно загадочное убийство. Речь о
Романе Цепове — руководителе частного охранного предприятия из Санкт-Петербурга. Цепов был очень богатым человеком и обладал почти неограниченными возможностями благодаря дружеским связям с первыми лицами государства. Его могущества боялись.
В одной из справок, составленных, судя по всему, в какой-то из спецслужб еще в конце 90-х и оказавшихся в моем распоряжении, утверждалось, что Цепов собирал дань с коммерческих структур Санкт-Петербурга, прежде всего с казино, и лично доставлял одному высокопоставленному чиновнику в ФСБ в Москве.
Когда я поинтересовался у петербургского коллеги, дружившего с Цеповым, не является ли Цепов финансовым кошельком важного государственного лица, коллега ответил так: «
Он был замком на финансовом кошельке этого человека».
Лечащий врач Цепова, заведующий отделением 32-й больницы Санкт-Петербурга
Петр Перумов, подробно, в деталях поведал мне о том, как протекала болезнь его пациента.
— У Цепова были все признаки отравления, сильная рвота, понос, — рассказывал Перумов. — Но при этом у него не было ни озноба, ни повышенной температуры. Я пригласил специалистов из разных клиник города, но мы так и не смогли понять, что происходит с больным. Думаю, Цепов мог погибнуть оттого, что в его организм ввели смертельную дозу колхицида — препарата, которым лечат лейкемию.
От источника в прокуратуре Санкт-Петербурга мне стало известно, что экспертиза установила причину смерти Цепова: его отравили радиоактивным элементом. В его организме доза радиации превышала допустимую в миллион раз!
Кто отважился на убийство столь могущественного человека, приближенного к Кремлю?
В отличие от того, как напористо, быстро и всесторонне расследует убийство Литвиненко Скотленд-Ярд, в России расследование убийства Цепова не идет никак. О нем не известно ровным счетом ничего. Точно так же, как и о расследовании убийства Кивилиди.
Подчеркну: это последнее обстоятельство наиболее характерно для убийств подобного рода. Как только следы преступления тянутся к ГРУ, ФСБ, СВР или МВД, они тут же обрываются.
Как оборвался какой-либо след в расследовании обстоятельств гибели зама главного редактора «Новой» и депутата Госдумы
Юрия Щекочихина, чья загадочная внезапная смерть наступила в результате заболевания, по своим симптомам удивительно похожего на то, что приключилось с подполковником Литвиненко. В 2003-м дело так и не возбудили. На наше требование, направленное в Генпрокуратуру в 2006 году, все-таки расследовать обстоятельства смерти Щекочихина в связи со вновь открывшимися обстоятельствами, — до сих пор ответа нет.
Мы пока не знаем доподлинно, кто убил Литвиненко и кто отдал приказ на его устранение. Но, согласитесь, на фоне всего того, что происходит в России сегодня, трудно отказаться от версии, что к этому убийству причастны именно спецслужбы. Тем более что всего за несколько месяцев до гибели бывшего офицера ФСБ по требованию президента Путина Госдума разрешила спецслужбам осуществлять внесудебные расправы и за рубежом (
да MI5 его убрала, а не «путинские головорезы» –
прим. Impcommiss).
Итог
Приведенные факты дают основания предположить, что в обход Конституции отечественные спецслужбы, а скорее аффилированные с ними родственные «фонды», наделены особыми полномочиями. Через свои нелегальные и полулегальные подразделения они стали одним из основных рычагов управления страной. Они обрели силу, представляющую опасность как для общества в целом, так и для каждого гражданина страны в отдельности. В том числе и для самого президента.
P.S. Когда верстался номер, мы получили-таки ответ из Генпрокуратуры:
в возбуждении уголовного дела по факту смерти Щекочихина Ю. П. отказать.
